Сейчас для нас хватит и возможности закрыть трещину.
Дварго вдруг улыбнулся, приложил руку к груди и низко поклонился. Взгляд учителя буквально ошпарил, и Юки поспешно протараторил перевод последней фразы:
— Дварго-доно кратко рассказал мне об особенностях иномира, немного истории, — тут была война, которая связана с появлением разломов… И сказал, что для них очень важно закрыть разлом, через который пришли мы. Приблизительно так. Простите учитель, я забылся. Рассказ был неожиданно интересным.
— Что уж теперь, — в голосе Алет-сана звенело знакомое недовольство. По спине пробежал озноб: Юки всегда сильно доставалось, когда учитель был недоволен. Но здесь не время и не место. Так что угроза пока миновала. — Раз вы закончили, мы можем перейти к главному на это время вопросу? Не стоит долго стоять на месте. Тем более, наш новый союзник — правитель. Его наверняка ищут и ждут?
— Стражи леса были здесь на рассвете, — с лёгкой улыбкой ответил Дварго. — Не стоит беспокойства. Я предупредил их, что у нас почётные гости. Мы будем возвращаться медленно, вам успеют подготовить покои.
— Были? — Алет-сан помрачнел. Видимо, часовые никого не заметили. Даэлли лишний раз показали, что это их территория, что они здесь намного сильнее. Удивительно, насколько изящно и вежливо Дварго умудрялся показывать свою власть. — Что же… Я благодарю за гостеприимство. В любом случае нам не стоит задерживаться. Я не хотел бы злоупотреблять вашей добротой. Или, тем более, снова создать угрозу по ошибке или незнанию.
— Боюсь, скрижаль… номер?
— Просто ключ.
— Да будет так, — важно кивнул Дварго. — Так вот, боюсь, я единственный, кто сможет передать его вам. Ключ хранится в особом зале под магической печатью. Я понимаю ваше недоверие, — Рик Алет подобрался на этих словах, — но с вами сейчас четверо спящих, ваш целитель болен, а ваши люди не знают леса. Я обязан Сато Юки жизнью, а вы уже неоднократно доказали, что враждебных намерений у вас нет. Я не знаю, какие дать гарантии и как это сделать по традициям вашего мира, но я предлагаю окончательно забыть прежние разногласия. И буду рад, если вы согласитесь. Клянусь Искрой, я не желаю вам зла.
— Тогда я спрошу прямо, лорд Дварго, — жёстко ответил учитель, не торопясь рассыпаться в гарантиях вечного мира, — вы можете обучить своему языку весь наш отряд? Не буду скрывать, вы сильнее нас, мы находимся на вашей территории. А оказавшись в городе, будем полностью в ваших руках без шансов на спасение в случае… если наши понятия о дружбе окажутся различны. Нам будет спокойней, если каждый сможет понимать вашу речь. И для вас, я уверен, ситуация тоже станет гораздо проще.
— А что насчёт тебя? — внезапно спросил Дварго, когда Юки закончил перевод. — Тебе нужно, чтобы остальные нас понимали?
Юки замялся. Выдал себя с головой. Рик Алет ждал ответа, и уйти от него Юки не сможет. Но и перевести вопрос как есть он тоже не мог. К счастью, сам Дварго быстро продолжил, слив все слова в одну длинную фразу. Его глаза на миг вспыхнули фиолетовым, в голове пронёсся и тут же исчез лёгкий ветер.
— Раз так, я отвечу: магия разума требует больших затрат. Вас шестнадцать, мне не хватит сил, чтобы передать свои знания всем. Однако… — новый внимательный взгляд на Юки, — я могу передать знание языка тебе, Рик Алет. Как лидеру. Конечно, я прекрасно понимаю твои опасения. Мы не решим вопрос доверия окончательно, его может решить лишь время. Но я надеюсь на понимание и с вашей стороны тоже. Такой шаг, удобный компромисс для нас обоих.
Учитель помрачнел, но всё же медленно кивнул.
Конечно, такой «компромисс» его не устраивал. Конечно, его ставили перед фактом. Конечно, он заметил и заминку, и взгляды Дварго. Во всяком случае, Юки предпочитал думать, что Алет-сан понимает гораздо больше, чем говорит. В этом походе, наверное, все заметили, что Юки слишком сблизился с иномиром, даже с самим Дварго — за каких-то полдня. Взаимный долг спасённой жизни многое объяснял.
Но не всё.
Юки тянуло к знаниям об иномире, его тянуло сюда. Здесь Второй чувствовал себя на своём месте и даже когда он молчал, Юки не мог про это забыть. Возможно, Рик Алет принял предложение Дварго совсем по иным причинам.
— Пусть будет так, — произнёс он после опасной паузы. — Мы покажем доверие между лидерами, и это действительно снизит напряжение между нашими людьми. Компромисс… Я постараюсь превратить это в компромисс, удобный для нас обоих.
— Благодарю. Я должен предупредить, у тебя нет магического контура. Мои глаза не способны уловить ни закрытого, ни открытого.
— Что это значит?
— Это значит, что моя сила не может действовать на контур, как должна. Она окажет влияние прямиком на сознание. Так как ты не расположен к магии, возможны последствия. Кровь из носа, потеря сознания. Первое время тебя может мучить сильная головная боль каждый раз, как ты используешь чуждые тебе знания. До тех пор, конечно, пока они не станут твоими.
— Это может быть смертельно?
— Нет. Даже если ты потеряешь сознание, то совсем не надолго. Представь, что ты неделю без сна и отдыха изучал многоуровневые трактаты о предмете, которым никогда раньше не интересовался, и понять который пока ещё неспособен.
— Я понял. Думаю, сейчас наше с вами взаимное доверие важнее моего самочувствия, — Дварго в ответ знакомым жестом коснулся груди. — Юки, ты сможешь поддержать?
Юки мысленно выругался. Говорить о том, что из-за болезни силы Спящего испарились, он точно не собирался. Тем более, при Дварго. Благодаря жаропонижающему стало лучше, но…
[Класс «Целитель» недоступен]
…по-прежнему настаивала система. Придётся отмазываться и здесь:
— Я не уверен. Это может оказаться таким же влиянием, как сон Хару и остальных. Тогда я буду бесполезен. Лучше предупредить Акио-сэнсэя, чтобы он был готов помочь.
Учитель кивнул. Дождался врача и, не скрывая опаски, приложил руку у зависшему перед ним прямоугольнику с отпечатком чужой ладони. Прямоугольник исчез. Алет-сан нахмурился. Несколько долгих секунд ничего не происходило. Но стоило ему попытаться сказать пару фраз, как из носа хлынула кровь, за мгновение залила подбородок и грудь и тут же остановилась. Акио-сэнсэй не успел толком ничего сделать.
Учитель тяжело выдохнул.
К собственному удивлению Юки оказался прав: он ничем
